Флостон. Вечер. Фонарь. Аптека.
Ой не то.
Флостон. Вечер. Сижу одна, жду подругу, за соседним столом толпа мальчиков от 18 до 25, подходит официант, я начинаю заказывать и тут один меня нечаянно перебивает, другой ему: Подожди, ты что, пусть женщина (!!!) закажет!
И потом весь вечер друг другу нудили как же тут скучно, потому что все девушки какие-то взрослые (благо, не старые!), и ровесниц в общем нет О__О
я надулась, дождалась подружку, и дула молча вискарь, полностью вжившись в образ тридцатилетней тетки ))))
А седня еще круче, седня я решила поехать на автобусе, зашла, парень на меня посмотрел и уступил мне место о__О
уоу, люди, что творится О__о

распыляемся по мелочам
забываем о времени, отдаваясь впечатлениям
ужинаем в полпервого ночи
плаваем,катаемся,носимся,убиваемся,залечиваемся, дышим полной грудью
валяемся в осенних листьях
и промокаем под дождем
с шумом прыгаем в снег после бани
орем во все горло песни ддт
ждем чьих-то свадеб
спорим о вкусах
мечтаем о глупостях
смакуем секунды, стараясь запечатлеть лучшие на матрице
любим кого-то
верим кому-то
отчего-то грустим
и все чего-то очень-очень, затаив дыхание, ждем
каждый своего, но все вместе.

душа: в режиме ожидания
в наушниках: океан ельзи - без бою

Может быть когда Викинг был маленьким, он бывал в комнате теть Оксаны и дядь Максима, и спал в спальнях у Линки или у Никита, но теперь все что он видит последние лет 15 - это двор и задний дворик Никитовского дома. Задний двор когда-то занимал добрых соток 6, и когда мы собиралсиь летом во дворе, Викинга пересаживали туда, и он там рылся среди яблонь, орешников и вишень, периодически облаивая нас, пьяных, забредших на задний дворик каждый со своей целью.
Толстая цепь Викинга крепится к опоркам сарая, в котором раньше хранились запасы угля и дров, и в котором сейчас есть разве что разное хозяйственное барахло, так как район уже давно был переведен на газ.
Впервые я его увидела, когда впервые пришла к Никиту. А впервые пришла к Никиту я в классе седьмом. Увидев добротного пса, цепь которого давала ему добираться почти до края дорожки, я пройти не решилась, и подождала пока Никит его придержал. В общем-то и потом я всегда делала именно так.
В отличие от остальной домашней живности, к Викингу признаки своего внимания мы выражали нечасто, сюськали домашнюю спаниелиху Софку, и менявшихся с течением времени котов/кошек/ежей/хомяков и тд.
Разве что Газ, в свой единственный раз пребывания с моей компанией, пробурчав что "Собаки заслуживают любви, куда больше чем люди", неуверенной пьяной походкой пошел обнимать Викинга. И как ни странно Викинг тогда не лаял и не бросался, а Газ, дыша перегаром ему в морду и приободрительно теребя по шерсти, о чем-то долго говорил с псом, и даже хотел уснуть где-нибудь рядом.
Викинг болел, Викинг сбегал, Викинг возвращался и его снова сажали на длинную цепь во дворе.
Викинг старел. Но для меня Викинг вечен, как вечен и сарайчик для угля и дров. Они здесь всегда были, есть и должны быть.
Не так давно Викинг ослеп, и теперь ориентировался только по обонянию. Но когда я в прошлый раз пришла навестить Никита, загипсованного на энный период времени, что-то было явно не так. Пройдя до середины двора, я поняла - на меня никто не бросался. И даже не лаял. Было холодно, и Викинг лежал в своей будке, молча и посматривая на меня своими добрыми и уже слепыми глазами.
Жалко, что все что мы любим и к чему привыкли со временем с неизбежностью исчезает и уходит внебытие.
Жалко, что сами мы стареем не замечая того.
Жалко что все что нас окружает стареет вместе с нами.

душа: спокойна
в наушниках: the doors - break on through